Мудрость, Премудрость ангелов

оглавление

О мудрости небесных ангелов


265. Трудно понять, какова мудрость небесных ангелов; она до того превосходит человеческую, что между ними не может быть и сравнения, а мудрость, превосходящая нашу мудрость, кажется нам вовсе невозможной. Чтоб описать ее, необходимо привести некоторые истины, покуда неизвестные, а все неизвестное является в разуме как бы тенью, которая не дозволяет видеть предмет, каким он есть сам по себе. Но эти истины, однако, могут быть узнаны и, при познании их, поняты, лишь бы ум наслаждался ими, ибо наслаждение, исходя от любви, вносит с собой и свет, а свет этот, озаряя людей, которые любят предметы, относящиеся к Божественной и небесной мудрости, светит им с небес.

266. Какова мудрость ангелов, можно заключить из того, что они живут в небесном свете, а небесный свет в сущности своей есть Божественная истина, или Божественная мудрость, и свет этот в одно и то же время освещает и внутреннее зрение ума (mentis), и внешнее зрение глаза (что небесный свет есть Божественная мудрость, или Божественная истина, - см. н. 126- 133); к тому же ангелы пребывают и в небесном тепле, которое в сущности своей есть Божественное благо, или Божественная любовь, от которой рождается в ангелах желание быть мудрыми (что небесное тепло есть Божественное благо, или Божественная любовь, - см. н. 133- 140). Что ангелы одарены мудростью в такой степени, что могут быть названы олицетворениями мудрости, можно заключить из того, что все их мысли и все их чувства текут согласно небесному образу, который есть образ небесной мудрости; и еще из того, что их внутренние, мудрость приемлющие начала составлены по этому же образу (что мысли и чувства ангелов, а затем разум и мудрость их текут согласно небесному образу - см. н. 201-212). Что ангелы одарены превосходящей нас мудростью, можно видеть также из того, что их речь есть речь мудрости, ибо она непосредственно и сама собой вытекает из мысли их, а мысль их - из чувства любви, так что речь их есть внешний образ мысли и любви. Вот почему отсутствие всего внешнего, отражающегося в речи человеческой от влияния посторонних мыслей, дает ангелам возможность нисколько не отвлекаться от Божественного наития (что речь ангелов есть речь их мыслей и чувств - см. н. 234-245). Превосходству мудрости ангелов содействует и то, что все предметы, которые они видят глазами и постигают внешними чувствами, согласуются с их мудростью, ибо предметы эти суть соответствия и, следовательно, внешние изображения всего относящегося к их мудрости (что все предметы, являющиеся на небесах, суть соответствия внутренних начал ангелов и внешние изображения их мудрости - см. н. 170- 182). Кроме того, мысли ангельские не ограничены и не стеснены, подобно мысли человека, понятиями о времени и пространстве; пространство и время принадлежат природе, а природное отвлекает ум от предметов духовных и лишает зрение разума своей обширности (что понятия ангелов отрешены от времени и пространства и, следовательно, в сравнении с человеческими бесконечны - см. н. 162-169 и 191-199). Прибавим к этому, что мысли ангелов не обращаются более к земному и вещественному и не прерываются никакими заботами о житейских нуждах; следовательно, эти предметы не отвлекают их от удовольствий мудрости, как это бывает с мыслями людей на земле; ангелы все получают от Господа даром: одеяния - даром, помещение - даром (н. 181, 190); и, сверх того, им даруются удовольствия и радости по мере принятия ими мудрости Господа. Все это было сказано, чтоб было известно, откуда у ангелов столь высокая мудрость.

267. Ангелы потому могут вмещать столь великую мудрость, что внутренние начала их раскрыты и что мудрость, как и всякое совершенство, растет, направляясь внутрь и, следовательно, по мере раскрытия внутренних начал. У каждого ангела есть три степени жизни, которые соответствуют трем небесам (см. н. 29-40): те, у которых открыта первая степень, находятся в первых, или последних, небесах; те, у которых открыта третья степень, находятся в третьих, или самых внутренних, небесах. Мудрость ангелов небесных соответствует этим степеням, поэтому мудрость ангелов самых внутренних небес непомерно превосходит мудрость ангелов последних небес (см. н. 209, 210); какие это степени - см. н. 38. Эта разница происходит от того, что мудрость высших степеней заключает в себе частности понятий, а мудрость низших степеней - общие начала, в которых частности содержатся; частности относятся к общим началам как тысячи или мириады к единице; вот в каком отношении находится мудрость ангелов высших небес к мудрости ангелов низших небес. Но тем не менее мудрость ангелов низших небес превосходит в такой же степени мудрость человека, ибо человек находится в плоти и ее чувственных началах, а плотское чувственное начало человека принадлежит самой низшей степени. Из этого видно, какова мудрость тех, которые мыслят по чувственным началам, или людей, называемых чувственными: в них нет нисколько мудрости, а одна только наука; но этого нельзя сказать о тех людях, чьи мысли поднялись выше чувственного, или чьи внутренние начала открыты небесному свету.

268. Как велика мудрость ангелов, можно судить также из того, что на небесах все взаимно сообщается; разумение и мудрость одного сообщаются другому. Небеса полны общения всех благ, ибо небесная любовь такова, что всякий хочет, чтобы принадлежащее ему принадлежало и другому; вследствие этого никто на небесах не считает свое благо за подлинное или настоящее, если оно в то же время не находится и в другом; вот от чего происходит и небесное блаженство. Это свойство взаимного общения принадлежит ангелам от Господа, по свойству его Божественной любви. Мне дано было узнать по опыту о существовании такого общения на небесах: несколько простых духов были однажды взяты на небеса; вошедши туда, они усвоили себе и мудрость ангельскую, стали понимать то, чего прежде не понимали, и говорить то, чего в прежнем своем состоянии не могли бы высказать.

269. Невозможно передать на словах, какова мудрость ангелов, но можно только пояснить этот предмет посредством нескольких общих положений: ангелы могут выразить одним словом то, чего человек не может выразить тысячью; сверх того, в каждом ангельском слове есть бесчисленное множество вещей, которые не могут быть выражены словами человеческого языка, ибо в каждом ангельском слове содержатся в непрерывной связи тайны мудрости, которых человеческая наука никогда не достигает. То, чего ангелы не высказывают вполне словами своей речи, они дополняют звуком, которому присущи чувства, относящиеся к предметам речи. Как было сказано выше (н. 236, 241), ангелы выражают чувства любви своей посредством звуков, а понятия мысли, от любви происходящей, посредством слов; потому и слышанное на небесах называется несказанным. Таким же образом ангелы могут в немногих словах передать все, что написано в целой книге, и придать каждому слову смысл, возвышающий его до внутренней мудрости, ибо речь их такова, что каждый звук ее согласуется с чувствами, а каждое слово с мыслью; и сами слова их бесконечно разнообразятся смотря по порядку предметов, совокупно содержащихся в мысли. Ангелы внутренних небес могут также по звуку и нескольким словам говорящего узнать всю его жизнь, потому что в разнообразных с мыслями согласных звуках слов они постигают господствующую в человеке любовь, в которой как бы начертаны все частности его жизни. Из этого видно, какова мудрость ангелов: она в сравнении с человеческой как мириада с единицей, или как двигательные бесчисленные силы всего тела в сравнении с происходящим от них движением, которое на вид представляется единичным, или как тысячи подробностей предмета под отличным микроскопом в сравнении с целым предметом, едва видимым для простого глаза. Мне бы хотелось пояснить это еще одним примером. Ангел стал по степени мудрости своей описывать возрождение, он представил по порядку до сотни тайн, относящихся к этому предмету, и каждую тайну он исполнил понятий, в которых были еще более внутренние тайны; и он сделал это от начала до конца, изложив, каким образом духовный человек снова зачинается, как бы носится в утробе, родится, растет и постепенно совершается. Ангел говорил, что он мог бы увеличить еще многими тысячами число этих тайн, что сказанное им относилось только к внешнему человеку, а что тайны, относящиеся к возрождению внутреннего человека, гораздо многочисленнее. Из этого и другого тому подобного, что я слышал от ангелов, мне стало ясно, как велика их мудрость и как велико в сравнении с ней невежество человека, который едва знает, что такое возрождение, и не замечает ни одной ступени его, покуда оно совершается в нем.

270. Теперь скажу несколько слов о мудрости ангелов третьих, или самых внутренних, небес и покажу, насколько она превосходит мудрость ангелов первых, или последних, небес. Мудрость ангелов третьих, или самых внутренних, небес непостижима даже для жителей последних небес, потому что внутренние начала ангелов третьих небес раскрыты в третьей степени, а внутренние начала ангелов первых небес - только в первой: всякая же мудрость растет, восходя к внутренним началам, и совершенствуется смотря по степени, в которой они открыты (см. н. 208, 267). Вследствие того что внутренние начала ангелов третьих, или самых внутренних, небес раскрыты в третьей степени, Божественные истины как бы начертаны в них, ибо внутренние начала третьей степени более, чем те же начала второй или первой степени, устроены согласно небесному образу; образ же этот устроен по Божественной истине, а следовательно, Божественной премудростью. Вследствие этого и Божественные истины кажутся этим ангелам как бы начертанными в них или как бы им врожденными и присущими, а потому, как только эти ангелы слышат подлинные Божественные истины, они тотчас признают и постигают их и затем как бы видят их внутри самих себя. Будучи такими, ангелы этих небес никогда не рассуждают о Божественных истинах и еще менее спорят о какой-либо истине, чтоб дознаться, истина ли это или нет. Равно им неизвестно, что такое значит верить чему или иметь веру во что. Что такое вера, говорят они, когда я постигаю и вижу, что это так? Они для пояснения уподобляют это тому, как если бы кто, видя дом и все принадлежности его внутри и снаружи, стал говорить своему товарищу, чтоб он верил в существование этих предметов и что они именно таковы, какими он их видит; или если б кто, видя сад, его деревья и плоды, стал говорить своему товарищу, чтоб он верил, что это сад, деревья и плоды, когда он и сам ясно видит это своими глазами. Вот почему ангелы эти никогда не упоминают о вере и не имеют о ней никакого понятия; по этой же причине они никогда не рассуждают о Божественных истинах и еще менее спорят о какой-нибудь истине, чтоб узнать, так это или нет. Но у ангелов низших, или первых, небес Божественные истины не начертаны в их внутренних началах таким же образом, потому что у них раскрыта только первая степень жизни, вследствие чего они рассуждают об этих истинах, а те, что рассуждают, едва видят что-нибудь далее того предмета, о котором судят, или переходят за пределы предмета только для того, чтоб подтвердить его чем-нибудь и, подтвердив, говорить, что он действительно относится к вере или что этому следует верить.

Обо всем этом я говорил с ангелами, и они сказали мне, что между мудростью ангелов третьих небес и мудростью ангелов первых небес такая же разница, как между светом и тьмой; они даже сравнивают мудрость ангелов третьих небес с великолепным дворцом, который, стоя среди обширного сада, снабжен всем необходимым для жизни и окружен всяким великолепием; ангелы, пребывающие в истинах мудрости, могут входить во дворец этот, видеть все находящееся в нем, гулять в саду его по всем направлениям и наслаждаться всеми его красотами. Но совсем не так бывает с теми, которые рассуждают об истинах, и еще более с теми, которые, не видя их во свете истины, а черпая их от других людей или из буквального смысла Слова, которого они внутренне не понимают, не менее того спорят о них, требуют, чтоб этим истинам их верили, и не допускают, чтоб их после того внутренне рассматривали. Такие ангелы, по словам первых, не могут приблизиться даже к первому порогу дворца мудрости, ни тем паче войти в него и гулять по его садам, ибо они при первом шаге туда останавливаются; меж тем как ангелам, пребывающим в настоящей истине, ничто не препятствует идти вперед не останавливаясь, потому что истины, ими зримые, ведут их, куда они хотят, и открывают перед ними пространное поле (ибо каждая истина по пространству своему бесконечна и в связи со многими другими). Кроме того, они мне сказали, что мудрость ангелов самых внутренних небес состоит преимущественно в том, что они усматривают Божественное и небесное в каждой вещи и много чудного в целом ряде предметов, ибо все, представляющееся глазам их, чему-нибудь соответствует: например, когда они видят дворцы и сады, их созерцание (intuitio) не останавливается над тем, что перед их глазами, но они видят внутренние начала, от которых происходят эти предметы и которым, следовательно, они соответствуют; они представляются им с полным разнообразием смотря по наружному виду предметов; таким образом они видят в порядке и связи несчетное множество вещей, которые доставляют духу их столько наслаждения, что они от него как бы вне себя. Что все, являющееся на небесах, соответствует Божественным началам, находящимся от Господа в ангелах, - см. выше н. 170-176.

271. Ангелы третьих небес таковы, потому что они живут в любви к Господу и что эта любовь, раскрывая внутренние начала духа в третьей степени, служит приемником всего относящегося к мудрости. Должно, однако, знать, что несмотря на это ангелы самых внутренних небес постоянно совершенствуются в мудрости, но иначе, чем ангелы последних небес. Ангелы самых внутренних небес не слагают Божественные истины в память, т.е. не делают из них какой-нибудь науки, но, как скоро слышат их, тотчас постигают и прилагают к жизни; поэтому Божественные истины остаются в них как бы начертанными, ибо то, что таким образом передано в жизнь, остается в ней. Иначе это бывает с ангелами последних небес: они сперва слагают Божественные истины в память и заключают их в науку; уже оттуда они черпают их, совершенствуют посредством их разум свой и без внутреннего постижения подлинности этих истин обращают их в волю и жизнь; от этого происходит и относительная темнота их состояния. Достойно замечания, что ангелы третьих небес совершенствуются в мудрости слухом, а не зрением; слышанное ими в проповеди не входит в их память, но, переходя немедленно в их постижение и волю, становится делом их жизни, меж тем как предметы, видимые глазами ангелов низших небес, входят в их память, они об этом рассуждают и говорят. Из этого мне стало ясно, что для первых путь слуха есть путь мудрости. Это происходит и от соответствия, ибо ухо соответствует послушанию, а послушание принадлежит жизни, тогда как глаз соответствует разумению, а разумение относится к учению. Состояние этих ангелов описано в нескольких местах Слова, например, у Иеремии: После тех дней, говорит Господь: вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его. И уже не будут учить друг друга, брат брата и говорить: познайте Господа, ибо все сами будут знать Меня, от малого до большого (31. 33, 34). И у Матфея: Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого (5. 37). Сверх, сказано, от лукавого, потому что оно не от Господа: истины, что присущи ангелам третьих небес, исходят от Господа, потому что эти ангелы живут в любви к нему; в этих небесах любовь к Господу состоит в том, чтоб хотеть и творить Божественную истину, ибо Божественная истина на небесах есть Господь.

272. К вышеизложенным причинам, по которым ангелы способны принимать столь высокую мудрость, присоединяется и та, самая главная на небесах, что эти ангелы свободны от любви к себе самим, ибо насколько кто свободен от любви к себе, настолько он может быть мудрым во предметах Божественных. Эта любовь закрывает внутренние начала, отверзтые к Господу и небесам, и раскрывает внешние начала, обращая их к самому себе; вот почему все те, у кого любовь эта господствует, обращаются в потемках относительно небес, хотя бы и были в свете относительно всего мирского. Ангелы же наоборот: будучи свободны от этой любви, они обретаются в свете мудрости, ибо небесная любовь их, состоящая в любви к Господу и в любви к ближнему, раскрывает им внутренние начала потому собственно, что любовь эта исходит от Господа и сам Господь пребывает в ней. О том, что эта любовь образует небеса вообще и в каждом человеке в особенности, - см. н. 13-19. Вследствие того что небесная любовь раскрывает внутренние начала, обращая их к Господу, все ангелы обращаются к нему лицом своим (н. 142), ибо в духовном мире любовь обращает к себе внутренние начала каждого, а куда обращаются внутренние начала, туда же обращается и лицо, ибо лицо в мире духовном составляет одно с внутренними началами, будучи его внешним образом. Любовь, обращая к себе и лицо, и внутренние начала, соединяется с ними, ибо любовь есть духовное соединение; поэтому же она сообщает этим началам все ей принадлежащее. Вследствие этого обращения, а затем соединения и сообщения, ангелы одарены мудростью. О том, что всякое соединение в мире духовном согласуется с обращением лица самих жителей, - см. н. 255.

273. Ангелы постоянно совершенствуются в мудрости, но тем не менее они никогда не могут усовершенствоваться настолько, чтобы могло быть какое-либо отношение между их мудростью и Божественной мудростью Господа; эта мудрость бесконечна, меж тем как мудрость ангельская конечна, а между конечным и бесконечным нет никакого отношения.

274. Так как мудрость совершенствует ангелов и составляет их жизнь и так как небеса с их благами наитствуют на каждого смотря по степени мудрости его, то все на небесах желают и ищут ее подобно тому, как алчущий человек желает и ищет пищи; наука, разумение и мудрость составляют такую же духовную пищу, как яства - природную, и они взаимно соответствуют друг другу.

275. В одних и тех же небесах, и даже в одном и том же небесном обществе, ангелы находятся в различной, а не в одинаковой степени мудрости: одаренные наибольшей мудростью занимают середину, а одаренные меньшей расположены по степеням вокруг, до самых последних пределов; соразмерное с расстоянием, начиная от середины, умаление мудрости подобно умалению света, доходящего до тьмы (см. н. 43,128). В такой же степени ангелы одарены и светом, ибо свет небесный есть Божественная мудрость и каждый пребывает в свете по мере восприятия им мудрости. О небесном свете и различном восприятии его см. выше (п. 126-132).

Rambler's Top100